Наездники и тарантулы

Наездники и тарантулы
Наездники и тарантулы

Россиков в монографии, посвященной ядовитому пауку каракурту, привел описание новых, впервые им обнаруженных видов наездников, поедающих яйцекладки этого паука. Из них Perelissus kara-kurti и Pezomachis kara-kurti, судя по описанию и цветному рисунку, без сомнения принадлежали к одному  виду, самки которого отличаются от самцов отсутствием круыльев, что, повидимому, и ввело в ошибку Россикова.

Работа Россикова осталась неизвестной специалистам, так как им описанные виды не попали в известную сводку Мейера, 1933—1936. Обратив внимание на эту ошибку, я предложил название Perelisuss kara-kurti свести в синоним Pezomachus kara-kurti. Впоследствии мною неоднократно выводился из коконов тарантула и наблюдался в природе наездник, очень близкий к виду, описанному Россиковым, который Б. С. Кузиным был описан как новый вид Gelis marikovskii. Этот наездник имеет небольшие размеры, колеблющиеся от 3 до 7 мм. Самки наездника лишены крыльев и по внешнему виду необычайно похожи на муравьев. Распространение наездника, по-видимому, совпадает с ареалом тарантула.

Зимовка наездника происходит вне хозяина. Ранней весной в местах обитания тарантулов, как только начинается яйцекладка нередко удается заметить ползающих самок наездников. Они наиболее активны в утренние и вечерние часы и с наступлением полудня прячутся в тени. При пасмурной погоде наездников можно видеть бодрствующими в течение всего дня.

Самки обследуют поверхность земли, ощупывая ее беспрерывно вибрирующими усиками, ритмично покачивая брюшком, то поднимая его кверху, то опуская вниз. Наездники чувствительны к прикосновению и при попытке их поймать постоянно ускользают от пинцета. Каким-то путем, по-видимому, не без участия обоняния и осязания по входному отверстию норы самки определяют его содержимое, не задерживаясь у нор самок тарантулов, не кладущих яиц.

Приблизившись к норе, в которой находится самка, наездник приходит в заметное возбуждение, часто поднимает и опускает брюшко, торопливо ощупывает усиками входное отверстие норы. Когда самка тарантула, прогревая кокон, поднимается вместе с ним ко входу, наездник тотчас же заползает на него. В случае, если тарантул сидит глубоко в норе, наездник спускается вниз. Забравшись на кокон, наездник застывает в неподвижной позе, беспрерывно вибрировавшие усики вытягиваются в одну линию и прикасаются к поверхности кокона: наездник как будто упирается на них. Подняв кверху брюшко и изогнув его отвесно, наездник прокалывает оболочку кокона яйцекладом. Наблюдая в лупу за наездником, поражающим кокон, можно видеть как он периодически, не вынимая яйцеклада, приподнимает слегка брюшко и прижимает его к кокону. В это мгновение через яйцеклад проходит яйцо. Отложив в полость кокона несколько яиц, наездник осторожно переползает в другое место кокона и вновь откладывает яйца. Наездник, добравшийся до незараженного кокона тарантула, откладывает большую партию яиц, затрачивая на их откладку около часа, после чего покидает нору.